Рассказ маленький для детей

Но, учебники закрывая, не о мертвых скорблю, о живых. Верю, рассказ маленький для детей гений врачебный с раком, с язвой любой моровой. Но напишет ли кто-то учебник после третьей войны мировой? О войне написано много, очень много. Много написано и против войны. Может быть, потому, что они продолжаются в наших сердцах, в наших мыслях? В любую войну, так или иначе, всегда втянуты все. Особенно в мировые войны. Особенно в последнюю вторую мировую войну, больше всего написано именно о второй мировой войне. Многие дети этой войны еще живы. Она еще продолжается рассказ маленький для детей них, в их глубинной памяти. Она продолжается во мне. Детям второй мировой я и посвящаю эти маленькие рассказы. Места, которые мы связываем с Орловско-Курской битвой. Ее уничтожили не захватчики, уничтожили русские реформаторы 60-х - 80-х годов. Наша хата — крайняя. Стоит на большой так казалось в детстве горе. Хата из двух половин, на одной животные, на другой — мы. Двери сквозные посредине хаты. Я возвращаюсь днем откуда-то из-под горы. Подхожу к избе с людской стороны. У входной двери стоит немец. И целится в меня. И меня больше не будет. За угол, и выхожу с противоположной стороны хаты. Немец уже стоит там и снова целится в меня. Если целится, значит выстрелит. Выхода у меня нет. Я бегу под гору и забиваюсь под горой в глубокую темную яму, откуда брали глину. А перед глазами стоит целящийся в меня немец. Не помню, рассказ маленький для детей я просидел в рассказ маленький для детей глиняной яме, не шелохнувшись. Нашел меня там рассказ маленький для детей затемно дедушка. Когда эта картина всплывает в моей памяти, всегда думаю - а сколько было детей, в которых целились тогда все ружья рассказ маленький для детей орудия войны! И сколько курков было спущено! А сколько сейчас направлено орудий убийства именно в детей! В принципе — направлено в детство человечества, ибо человечество начинается с детства. Убить детство - убить человечество! Сколько детей убивают сейчас ежедневно? Есть ли такая статистика? Может быть, эту статистику знает ООН? Убивают чье-то рассказ маленький для детей, значит рассказ маленький для детей и меня. Продолжают убивать детство во мне. Я иду по летнему лугу. Если бы вы знали, как красивы луга на Орловщине в пору травостоя. Какое многотравье, многоцветье, какие запахи, краски! Я иду по этому прекрасному лугу. Я - беспечный малыш. Детству свойственна беспечность, то есть свобода, неозабоченность. Детство всегда рассказ маленький для детей своим вниманием прежде всего к красоте, к прекрасному вокруг себя. Я рассказ маленький для детей, беспечный, по прекрасному лугу. И вот откуда-то, из какого-то небесного пространства появляется самолет. Сначала возникает звук этого самолета. Уже в самом этом звуке - враждебность. Он приближается ко мне. На всем пространстве неба и луга нас двое,- самолет и я. Все мое существо понимает, зачем я нужен самолету. И это наполняет меня ужасом. Самолет такой большой, а я такой маленький, беспомощный. Я бегу к горе, в которой вырыто бомбоубежище. Я бегу изо всех сил, но кажется, что остаюсь на месте, как это бывает во сне. А надо мной рассказ маленький для детей самолет. Кажется, что самолет над самой моей макушкой. Я бегу изо всех сверхсил. И больше ничего не помню. Когда я смотрю телевизор и постоянно вижу, как современные самолеты бомбят разные прекрасные страны, то чувствую, что снова бегу по лугу, а надо мной самолеты их много-много со своим смертоносным грузом. И негде мне укрыться. Ночь Уже во время битвы на Орловско-Курской дуге всю деревню: стариков, женщин, детей погрузили на станции Комаричи в товарные вагоны вместе со всем нашим деревенским скарбом, даже с лошадьми и телегами, и повезли. Разве я знал тогда - куда? Это я теперь знаю- нас везли на Украину работать в создаваемых там юнкерских хозяйствах. Вагоны шли, над вагонами время от времени с ревом носились самолеты, как когда-то надо мной, бегущим по лугу, но, помнится, ни разу не бомбили. Нас привезли на станцию в город Смоленск. Там нас должны были перегрузить. Мы расположились всем нашим деревенским табором прямо рядом со станцией. Легли спать под телегами. Лошадей привязали к телегам. А ночью станцию начали бомбить. Заодно и наш табор. Бомбили наши русские самолеты-бомбардировщики. «Своя своих не познаша». Бомбили, как тогда показалось, долго и страшно. Это было самое страшное в моей жизни. Прямо рядом с тобой. Лошадь встает на дыбы, рвется. Рвется и стонет все вокруг. Рвется и стонет все во мне. Внутри одно разрывающее меня рассказ маленький для детей вскочить и бежать без оглядки, бежать, бежать, бежать. Но бабушка легла на меня и придавила своим старческим, тоже беззащитным рассказ маленький для детей к земле. И от этого было еще страшней. Утром, когда рассвело, видение было убийственное: все было разворочено. И среди этого развороченного хаоса бродили те, кто вчера еще были людьми. Половина деревни осталась навсегда на станции города Смоленска. Когда я думаю об Аде, я вспоминаю эту ночь и это утро. Ад не где-то там, далеко, он здесь, на Земле, он рядом с нами, он и в нас. Мы, люди, породили этот Ад земной. Мы рассказ маленький для детей не только дети войны, мы - дети Ада. Воронок Потом нас, оставшихся в живых, привезли куда надо. А рассказ маленький для детей нас освободила наша наступающая рассказ маленький для детей. Точнее, мы сами освободились. Во время боя, очевидно, по сговору, мы под свистящими вокруг пулями и под взрывами снарядов перебегали, точнее, переезжали рассказ маленький для детей нашим. Переносились на наших старомодных древних-предревних телегах. У нас мы — это дедушка, бабушка и я была двуколка, телега о двух колесах. И конь-красавец, блестяще-черный конь по кличке Воронок. Не знаю, с какой скоростью мы летели. И когда перелетали через какие-то железнодорожные пути, одно колесо нашей двуколки рассказ маленький для детей. Но Воронок не остановился. Дедушка стегал нашего прекрасного Воронка не переставая. Одно колесо крутилось, а обломок другого бороздил, пахал землю. Когда мы остановились, уже освобожденные, Воронок был весь в мыле. Так люди седеют за одно мгновение или за одну ночь. Знаете ли вы, сколько на свете седых детей? Сын полка А потом было возвращение своим ходом всей оставшейся деревней рассказ маленький для детей родные места. Незабываемые картины: по обе стороны дороги разбитая и брошенная военная техника, окопы, кое-где не убранные трупы, запах пороха и какой-то гари. Дребезжало пустое ведро, рассказ маленький для детей к задку телеги. И было очень пусто вокруг. И пусто в желудке. Проезжали через какие-то селения. Запомнился колодец на одной из улиц. Оградка вокруг колодца и надпись: «Заминировано! » Как прочитал дедушка. Иногда останавливались на отдых. Запомнилась стоянка в сосновом бору. От сосен исходило необыкновенное тепло. Какая-то любовь была разлита в сосновом бору и наполняла тело и душу. Много-много сосновых шишек на земле, и от них тоже исходило тепло. Они походили на маленьких живых ежат. И там же расположилась, очевидно, тоже на отдых какая-то танковая часть. И была там девушка, очень красивая, стройная, в форме. И она просила дедушку и бабушку, чтобы они отдали меня ей. Чтобы я стал сыном полка. Но меня не отдали. Жалею ли я сейчас, что меня не отдали в сыновья полка, не знаю. Знаю только, что в тот день я испытал свою первую любовь: к солнцу, к соснам, к шишкам, к этой неизвестной девушке. Уже после войны я несчетное число раз бегал со своими сверстниками на фильм «Сын полка» по повести Валентина Катаева. И каждый раз мы жили одной жизнью с Ваней Солнцевым, участвуя всем своим существом в той большой войне. А в техникуме я потом учился с настоящим бывшим сыном полка. И мы с ним очень долго дружили. Яичко Это очень короткий рассказ. Однажды мы остановились где-то прямо во чистом поле. И где-то посередине нашего каравана сидел на телеге мальчик Ванечка, Ванечка Щербаков. Он был младше меня, совсем маленький. И поэтому все называли его ласково Ванечка-Сопливый. И увидел Ванечка на обочине дороги что-то привлекательное, блестящее. И попросил, чтобы ему это подали. Рассказ маленький для детей было яичко, но не простое, а. И дали его Ванечке. Обрадовался Ванечка игрушке неожиданной. И стал играть с ней. И не стало Ванечки. Кончилось детство, едва начавшись. Колодец А потом мы ехали на нашей двуколке одни, все больше и больше отставая ото рассказ маленький для детей. Это получилось вот почему. Мы ехали всегда впереди нашего тележного каравана. И вышли из леса рассказ маленький для детей люди. Сказали, что они - партизаны. И забрали у нас Воронка. Но пожалели нас и взамен дали какую-то заморенную лошадку. Так мы оказались в хвосте каравана, а потом совсем отстали. Но до родных мест было уже недалеко. Вот и город Орел. Весь в развалинах, в руинах. Мост через реку Орлик был взорван. А переезжали на другой берег по временному понтонному мосту. Поднялись на высокий берег. Он увидел недалеко в стороне колодец, отвязал ведро и пошел к нему. А с восстанавливаемого моста начали кричать: «Заминировано! » Махали руками, и кричали, кричали. А дедушка шел, он был глухой. Слышали и видели это все, я и бабушка. Кричали с моста, кричала бабушка, дед шел рассказ маленький для детей заминированному колодцу, а я оцепенел. Во мне уже гремел взрыв. И рассказ маленький для детей не было дедушки. И рассказ маленький для детей какое-то нескончаемое рыдание подымалось во мне, и готово было прорваться. А дедушка уже рядом с колодцем. Но, не доходя буквально одного шага до колодца, он остановился. Увидел кричащих и машущих с моста. Наверное, все понял и вернулся. Какая сила его рассказ маленький для детей, не знаю. Я часто вспоминаю эту страшную ситуацию, и мне приходят на память строки из стихотворения Александра Блока: Пройди опасные года. Но если выйдешь цел — тогда Ты, наконец, поверишь чуду. Иван Косой И вот мы - дома. А вечером лошадка, которую дедушка, помнится, называл Серый, умерла. Про лошадь говорят — сдохла. Но Серый — умер. Довез нас и умер. Как хорошо исполнивший свой долг человек. А потом была голодная осень. Рассказ маленький для детей еще более голодная весна. А осенью уже убирали с дедушкой этот спасительный урожай. До сих пор помню это великое чудо: выкапывание из земли прекрасного картофельного куста, корни которого густо облеплены картофелинами. Все картофелины — живые, напоминающие какие-то сказочные существа, с головой, туловищем, ручками и ножками. И все картофелины разные. Я потом никогда нигде не встречал таких чудесных картофелин. Копаем мы с дедушкой картофель. И подходит к нам Иван Зайцев. Он на год старше меня, но в детстве разница в один год очень ощутима. Иван - заводила во всех наших ребяческих делах. Хата Зайцевых недалеко от нашей. У Ивана что-то в руках. Он показывает это дедушке и говорит: «Вот я нашел самолетик». Дедушка сразу понял, что это за игрушка: «Это не самолетик, Ванечка, это - мина». Не успел дедушка что-то сделать, как Иван, испугавшись, отвернулся от нас и бросил эту страшную игрушку на землю. И взметнулся столб огня. И, может быть, за секунду до взрыва дедушка сбил меня на землю и сам упал на меня, накрыл собою. А когда прогремел взрыв, Иван повернулся к нам. Лицо его было в крови. Мне показалось, что он весь в крови. Называли его потом в деревне - Иван Косой. Осколками мины у него был выбит глаз, один осколок пробил легкое, другой задел внутренние органы; и много было мелких ран на теле. А сколько мин взорвалось! И за каждой миной я вижу мальчишку, похожего на Ивана Косого. А те, кто начиняет минами землю, — детоненавистники, детоубийцы! Рассказ не последний И началась рассказ маленький для детей жизнь. Но не была она мирной. Взрывались на минах коровы, подрывались трактора. Она продолжалась и в наших детских играх. Мы находили много боевых патронов. Любимым занятием было: разжечь костер, быстро побросать в костер патроны и быстро укрыться, залечь за бугорок. И с замиранием сердца слышать выстрелы и свист пуль. Много было оставлено везде линейного пороха. Мы заворачивали его в бумагу, скрепляли и поджигали один конец. Получалась маленькая ракета - змея, она непредсказуемыми путями летала по воздуху, шлепалась на землю, снова взлетала, а мы от нее рассказ маленький для детей. Спусковой крючок - резинка, ударный боек-гвоздь. Один из таких пистолетов взорвался в руках моего дружка. Но самая большая трагедия случилась летом, перед тем, как Ваня Зайцев нашел мину. Мальчишки нашли в одном из больших логов склад со снарядами. Взрослым об этом не сказали. Кому-то пришла в голову идея свинтить со всех снарядов головки, ссыпать порох в одну кучу и поджечь. Дело было под вечер. Я поливал нижний огород, торопился, рассказ маленький для детей бежать играть к ребятам. И вдруг раздался мощный взрыв из того лога, где мальчишки возились со снарядами. Вся деревня бросилась туда. В живых из мальчишек никого не было, родные собирали своих по кусочкам, узнавая по каким-то приметам. Погиб в этом логу и мой двоюродный брат. Когда писал это, по радио прозвучало сообщение: ребята нашли боевую гранату, она взорвалась, два мальчика убито, восемь ранено. Чего больше всего произвел человек на земле? Хлеба, картофеля, яблок, ботинок, шапок? Больше всего на земле оружия, рассказ маленький для детей разнообразного - от газовых пистолетов до все более новейших образцов оружия массового рассказ маленький для детей. Еще в 60-е годы XX века была озвучена такая рассказ маленький для детей на земле накоплено столько оружия, что им можно поразить все живое на планете 10 раз. А сколько же сейчас?. Зайдите в детские магазины, чего там больше всего из игрушек? Любая война — это война против детства. Невольно вспоминаются два фильма великого рассказ маленький для детей режиссера Стенли Крамера: «Этот безумный, безумный, безумный мир» и «На последнем берегу». Яблоки Но детство - всегда рассказ маленький для детей. Ребенку дарят радость, или он сам ее находит, придумывает, или радость сама находит ребенка. И в нашем военном детстве были, конечно, свои радости, маленькие и большие. Рассказом об одной такой радости я и закончу мою маленькую повесть. В первый год после возвращения с Украины мы сильно бедствовали. Ходили с бабушкой по окрестным деревням, ближним и дальним городам и просили милостыню. Много памятного осталось в рассказ маленький для детей. Но одно запечатлелось особенно, запомнилось навсегда. После нескольких неудачных наших походов надумала бабушка идти просить милостыню рассказ маленький для детей соседнюю Брянскую область. Там в одном из сел жила ее давняя хорошая подруга. И к обеду пришли в то село. Встретила нас бабушкина подруга радушно. Это была большая радость - поесть настоящего рассказ маленький для детей, о котором я что-то слышал, но вкуса не знал. Однако самая большая радость была впереди. После обеда меня и внучку бабушкиной подруги отправили во двор, играть в саду. И много было в саду яблонь. Казалось, что все небо было заполнено яблоками. Поражала красота этих яблок, были они как волшебные, с разными оттенками румянца на боках. Девочка была моих годков, какая-то необыкновенно чистенькая, легкая, воздушная. От нее исходило какое-то тепло и доброта. Это было так ново после наших с бабушкой многомесячных унизительных скитаний в поисках куска хлеба. Не помню, что мы делали в этом райском саду, во что мы играли. Только очень хорошо помню чувство счастья. И хотелось, чтобы оно не кончалось. А когда мы уходили из этого гостеприимного дома, девочка набрала нам в котомку яблок, этих самых, райских яблок. Я нес эту котомку с яблоками как самую большую драгоценность и тайну. Дома я сложил яблоки в большой ящик из-под патронов. По несколько раз в день открывал волшебный ящик и любовался яблоками. И все видел перед собой эту девочку. Я так и не съел ни одного яблока, даже подумать не мог, что такие яблоки можно рассказ маленький для детей.